lisyaka: (Default)
[personal profile] lisyaka
Кажется, эта история уже созрела для того, чтобы её написать.

Моя бабушка в молодости была очень красива. Карие глаза, темные брови, копна густых черных волос, тонкие черты лица и белая кожа - это был удачный сплав монгольских далеких предков и генов турецкой прабабки, замешаный на честной славянской крови.

В те времена, когда бабушке было семнадцать, УЗИ существовало лишь на страницах научно-популярных романов. Беременный её живот был огромен. Никто из врачей и не сомневался, что будет двойня. Каково же было их удивление, когда после двух суток боли, схваток и мучений на свет появился один-единственный ребенок весом шесть килограмм. Больше у бабушки детей не было.

Удивительное создание человек. Его тело слабо, подвержено болезням, не защищено ни от перепадов температур, ни от когтей животных. Возможности человеческого организма ограничены, а его существование лишь вопрос времени. Но при этом, как бы ни было ограничено тело, человеческий духовные качества не знают границ, таланты и добродетели можно оттачивать до бесконечности. Нет предельной меры и у любви. Я представляю себе потенциал любви в виде грозди свежих цветов и бутонов. Вот два цветка, это любовь к родителям. Этот маленький - первая любовь к лопоухому восьмикласснику. Вот тот, увядший - несостоявшийся жених. Здесь сверкает целая дюжина, это домашние животные, бывшие и настоящие мохнатые члены семьи. Когда появляется первый ребенок, кажется: все, больше любить не возможно, от такой любви сердце разорвется! Но рождается еще один сын или дочка, и в душе распускается еще один цветок любви. А там еще столько нераскрытых бутонов виднеется!

У нормального человека, не свободного от любви и привязанностей, в душе раскрыты соцветия, похожие на душистую сирень, изысканный ландыш, сладкую лилию или даже тысячелистник с его горьким ароматом. Не знаю, когда это произошло, но в сердце моей бабушки остался только один цветок - неземной красоты гигансткая орхидея, в центре которой блестел бриллиантовой росой образ её сына. Все было для него и ради него. Самые счастливые годы моей бабушки пришлись на то время, когда её сын принадлежал безраздельно ей, примерно лет двадцать - от несмышленого младенчества до вполне осмысленного момента вступления в ряды советских офицеров. Поледующие двадцать лет моя бабуля провела в кровопролитной борьбе за трон, точнее, за звание Главной женщины в жизни своего ребенка. Свою невестку она не любила настолько, что умудрялась отравлять ей жизнь, даже живя за несколько тысяч километров. Она прилетала из знойной Одессы в далекое Заполярье, Тикси, край мира, только чтобы вырвать из рук сына утюг со словами: "Не мужское это дело - гладить ползунки!" Бабушка вела войну на смерть. Она выделывала такие фортели, что выходки свекровей из сообщества свекруха_ру в сравнении кажутся лишь милыми дамскими шалостями. Удивительно, что появление внуков её почти не смягчило. Она любила внучку, мою сестру, но главной целью жизни было освобождение сына из рук узурпатора, то есть невестки.

Где-то на середине этих боев моя мама сдалась. В приливе праведного гнева она утопила в реке любимый папин баян (к тому времени как раз наступило полярное лето и реки оттаяли), подхватила чемодан с пеленками, младенца и уехала жить к своей маме. Но потом мои родители все равно помирились, на берегу Охотского моря появилаь на свет я и внутрисемейная драма вновь набрала обороты. "Я все равно вас разведу!" - сказала моя бабушка своей невестке, и продолжила холодную войну с упорством, достойным гораздо лучшего применения.

Когда мне было восемь, мамино терпение сошло на нет второй раз, уже бесповоротно. Документы были подписаны, имущество разделено и папа уехал в Одессу. Наступила закатная минута бабушкиного торжества.

Была ли она счастлива? Не знаю. Не думаю, потому что она не могла порадоваться за сына. Папа по натуре был однолюб, он так и не смог ни на ком жениться второй раз, хоть бабушка и желала этого. Он скучал по мне, он скучал по прежней жизни, он ни разу в этом не признался, но он скучал по моей маме. Я приезжала к ним часто, в детстве каждые школьные каникулы, постарше - только летом, а потом получалось всего на пару недель в год и жила уже у сестры. В квартире на Марсельской, 1 всегда пахло папиным табаком и шкафчиком с бабушкиными лекарствами. Лет с четырнадцати мои с бабушкой отношения резко ухудшились, она, опытный боец, умело троллила меня высказываниями о моей маме, а я со свойственной подросткам горячностью с ней ругалась. По её мнению я была слишком избалована, неряшлива, требовательна, переборчива и вообще слишком походила на мать. Тем не менее, она меня любила. По-своему. Но я так злилась на неё порой, что эти знаки её любви меня больше раздражали, чем радовали. Таков он, жестокий юношеский максимализм - только черное или только белое.

На праздники мне приходили большие посылки от папы, в них всегда были вложены открытки, исписанные колючим мелким папиным почерком. Внизу, почти всегда, крупными округлыми буквами, бабушкиной рукой были выведены слова поздравления - здоровья, любви, чего-то еще, чего всегда желают бабушки. Порой я так злилась на неё, что даже не могла читать эти слова, они казались мне лицемерными. Таков он, жестокий юношеский...

Однажды бабушка общалась с моей мамой и сказала: "Я сделаю все, чтобы свести вас вновь!" Если бы ей суждено было прожить еще лет двадцать, может быть, она и дождалась бы этого. Но все вышло по-другому.

Когда я училась где-то на середине третьего курса, бабушки не стало. Надевала чулки, сникла в кресле и уже через миг отлетела душа. Я приехала её хоронить. Ноябрь в Одессе - паскудное время. Я плакала, но больше по папе, чем по бабушке - он был убит, опустошен и раздавлен, ушла главная женщина его жизни.

Примерно через год, расхламляя квартиру перед новогодними праздниками, я достала с книжной полки шкатулку со старыми открытками. Зайчики вокруг елки, котята с букетами. На обороте колючим папиным почерком написано о последних новостях двух-, трехгодичной давности. И почти на каждой, округлыми крупными буквами, бабушкиной рукой внизу приписаны пожелания здоровья, любви и чего-то еще, что она всегда желала. Я обхватила пыльную коробку руками и осознала, что бабушки больше нет. Так, как я плакала в тот вечер, я не плакала по ней ни до, ни после того.

Profile

lisyaka: (Default)
lisyaka

July 2011

S M T W T F S
      12
3 45 67 89
10111213141516
1718 1920212223
24 2526 27282930
31      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 23rd, 2017 12:01 pm
Powered by Dreamwidth Studios